понедельник, 24 ноября 2014 г.

Лютер за 5 минут



В свое время в кругу студентов (особенно ленивых), учившихся в вузе на философском факультете, был популярен Пол Стретерн со своими книгами "Гегель за 90 минут" или "Спиноза за 90 минут". Прочитав его небольшие книги о том или ином философе или теологе, предполагалось, что человек поймет основные концепции их мировоззрения. Вот и я решил выложить некоторые мысли об одной мною прочитанной книге, которую не все возьмутся читать в сферу разных обстоятельств (надеюсь не из-за лени). Если Бог позволит, то периодически буду писать и о других книгах.

Как я и говорил выше, не буду писать о всем мировоззрении Лютера, что потребовало бы гораздо большего исследования. Начнем с небольшого трактата Мартина Лютера "О свободе христианина", который был опубликован осенью 1520 года. Это еще достаточно "ранний Лютер", но у которого уже виден свой цельный взгляд на природу человека.

Трактат физически разделен на две части, но как мне кажется, по содержанию его нужно было бы разбить на три. Первая часть говорит о "духовной" или внутренней жизни человека, вторая о внешней природе человека, ну и третья часть об отношении человека к ближнему.

По словам Лютера настоящую свободу человек обретает в вере. "Итак, мы видим, что христианин имеет в вере достаточно и не нуждается ни в каких делах, чтобы быть праведным; а раз он не нуждается ни в каких делах, то он определенно не связан никакими заповедями и законами; а раз он не связан, то он явно свободен. Это и есть христианская свобода, которую являет единственно вера и которая делает это не для того, чтобы мы могли бездельничать и злодействовать, но чтобы не нуждались мы ни в каком деле для достижения праведности и блаженства..." (Х) Свобода по Лютеру, это полное доверие своей жизни Творцу. Дела в этом не играют никакой роли. К славе и свободе "...христианин приходит единственно верою, а не какими-либо делами". (XVI)

Итак, идея свободы у Лютера заключена в следующем, что христианин по внутреннему человеку является абсолютно свободным и никому ни в чем не подчиняется. Он оправдан Богом, он свободен от дел и обрядов, законов и заповедей. Но во внешнем человеке свободный христианин является слугой всем и всем подчиняется. И это является больше не следствием его внутренней свободы и оправдания, а средством для сдерживания плоти и ее пороков.

В принципе это дихотомическая идея свободы формирует нового человека, имеющего внутренний мир и уверенность в спасении и оправдании, и свободного в своем внешнем призвании. Надо отметить, что по Лютеру, так как человек уже через веру имеет порядок в своей духовной жизни, он может спокойно реализовывать себя в любой сфере "внешней" жизни, будь то политика, предпринимательство, искусство и т.д. Призвание связано с жизнью человека как такого, а не только с его внутрицерковной практикой.

Две эти сферы жизни в человеке одинаково ценны. Но одна является основанием, а другая следствием. "...никогда добро и праведное дело не создадут доброго и праведного человека, но добрый и праведный человек исполнит доброе и праведное дело. Дурное дело никогда не создаст дурного человека, но дурной человек совершает дурное дело. И так нужно во всяком случае, чтобы лицо было добрым и праведным прежде всякого доброго дела, а от праведного и доброго лица последуют и выйдут добрые дела. Так и Христос говорит: плохое дерево не принесет доброго плода. Ведь очевидно, что не плод приносит дерево, как и не дерево растет на плоде, но, наоборот, дерево приносит плоды и плоды растут на дереве". (XXIII) Но важно заметить, что это не автоматическое следствие, а некоторое долженствование, которое сродни кантовскому должному. "...не может человек позволить бездельничать своей собственной телесной половине и должен поэтому заниматься множеством добрых дел, к которым он ее принуждает". (XXI)

Лютер восхищается возможностью человека иметь близкие отношения с Спасителем. В его описаниях этих отношений постоянно промелькивает противовес рабству католической доктрине оправдания по делам, которая не дает свободу человеку, а ставит его зависимым не от Бога, а от дел, пусть даже религиозных и добрых. Христианин по Лютеру христоцентричен. Иисус - это его страсть, его доверие Богу -  источник свободы. "И не радостное ли это хозяйство, когда богатый, благородный, праведный жених Христос вступает в брак с бедной, презренной, дурною блудницей, избавляет ее от всякого зла и украшает всяческими благами? Уже невозможно ей быть проклятой грехом, ибо грехи отныне возлагаются на Христа и пропадают в Нем. Столь богатую праведность имеет душа в женихе своем, что может выстоять против любого греха, лежит ли он на ней или нет. Об этом говорит Павел (1 Кор. 15): «Благодарение Богу, даровавшему нам победу Господом нашим Иисусом Христом, в котором преодолены смерть со грехом»". (XII)

Для этих отношений не нужно никаких дел. Хотя все таки есть единственное стоящее дело - это вера. Мартин так декларирует и восклицает об этом словами Христа: "Единственное дело Божие, это веровать в Того, Кого Он послал". (VII) "Отсюда ясно видно, как свободен христианин от всего и «господствует» надо всем, так что никакие добрые дела ему не нужны, чтобы быть праведным и блаженным, но вера делает для него это излишним. А если бы он был настолько безумен, что полагал бы стать праведным, свободным, блаженным или христианином через добрые дела, то он утерял бы веру, а вместе с нею и все остальное, подобно тому как собака, несущая во рту кусок мяса, прыгает в воду за его отражением и теряет и мясо, и отражение." (XVI)

Стоит отметить, что Лютер не смог пройти и мимо темы всеобщего священства. Он пишет: "Кроме того, мы являемся священниками, быть которыми много больше, чем быть царем, потому что священство нас удостаивает стоять перед Богом и молиться за других. Ведь перед Оком Божиим никому не надлежит стоять и молиться, кроме священников. И Христос нас искупил для того, чтобы мы могли духовно предстоять друг пред другом и молиться друг за друга, как священники воочию стоят перед народом и молятся за него". (XVI) Но Лютер говорит это в контексте свободы христианина, которому вера позволяет стоять перед Богом, а также свободно служить другим людям. Разницу между клиром и миром он поясняет так: "... с подобными словечками, как «священник», «поп», «духовного звания», произошла та несправедливость, что они из общей кучи были перенесены на малую кучку, которая теперь называется духовное сословие. Священное Писание не дает никакого различия, разве что оно называет ученых и посвященных ministros, servos, оесоnоmos, т. е.: служитель, работник, управляющий, которые должны проповедовать другим Христа, веру и христианскую свободу". (XVII) Здесь же он делает важное пояснение: "Ибо, хотя мы, пожалуй, все равные священники, мы, однако же, не все смогли бы служить, управлять или проповедовать. Так говорит св. Павел (I Кор. 4): «Люди должны разуметь нас как служителей Христовых и домостроителей Евангелия»". (XVII)

Итак, настоящая свобода – это жизнь «в Христе через веру, а в ближнем через любовь... Смотри, это и есть истинная, духовная, христианская свобода, освобождающая сердце от всех грехов, законов и заповедей, которая превосходит всякую другую свободу, как небо землю, которой, дай нам Бог, правильно понимать и держаться. Аминь». (XXX)

Комментариев нет: